17:06 

In Time (4/10)

Econstasne
время расчехлять крипопушки
Название: In Time
Фандом: The Flash (TV 2014)
Автор: Econstasne
Персонажи: Леонард Снарт/Барри Аллен, Мик Рори/Рэй Палмер (упоминание)
Рейтинг: R
Жанр: романтика, ангст, soulmate!AU
Размер: макси | 37 700 / ~ 80 000 слов
Дисклеймер: персонажи принадлежат своим законным владельцам

Все опубликованные части можно найти по тегу
Читать на фикбуке.


24 ноября 2016 года
Централ-сити, дом Уэстов — 3:20 p.m.


Барри откинулся на спинку кресла у камина и закинул руки за голову. Он не был у Джо почти два месяца, но, к его немалому облегчению, это место по-прежнему ощущалось домом.

— Так вы остаетесь? — спросил он у Кейтлин и Циско.

— Если никто не против? — неуверенно произнесла Кейтлин. — День благодарения все-таки семейный праздник, но ты знаешь, какие у меня отношения с матерью… и, если честно, мне не хотелось бы оставаться в этот вечер одной.

Барри понимающе кивнул. После всего, через что ей пришлось пройти за последние годы, после стольких потерь — страх перед одиночеством был неизбежен.

— Я не знаю, — Циско подошел к камину и прищурился, разглядывая фотографии на полке. — Мама ждет меня на ужин, но я как-то не горю желанием идти. Не то чтобы у нас все вдруг наладилось… И Данте, кстати, все еще редкостная задница.

— Но он все-таки твой брат, — мягко заметил Барри.

Воспоминания о стертой реальности до сих пор вызывали чувство вины. Смерть Данте не была на его руках, и он смог все исправить, но забыть о пережитой Циско боли было не так-то просто.

— Ну да, — Циско пожал плечами. — Но это не значит, что я готов находиться с ним в одной комнате дольше пары минут, особенно в присутствии родителей. Впрочем, может быть, я все-таки уйду пораньше… еще не решил.

Некоторое время никто не нарушал тишины. В гостиную вернулась Айрис с тремя кружками горячего какао, и Барри с благодарностью принял свою из ее рук.

— Как твои дела, Барри? — несколько минут спустя осторожно спросила Кейтлин.

— Хорошо? — Барри неловко пожал плечами; вопрос за последнее время успел набить оскомину, но он понимал беспокойство друзей. — Все… пожалуй, налаживается.

К его собственному удивлению он не лгал. Проблемы никуда не ушли: в иные дни тоска по отцу казалась почти физически невыносимой, а мысли о будущем вызывали иррациональный страх, напоминая об ответственности, которую он пока не мог принять, но… Хотя бы в настоящем, здесь и сейчас, он способен был наслаждаться жизнью.

— Кстати, я хотел спросить… — начал было Барри, но отвлекся на вибрацию мобильного в кармане. — Одну минуту.

Он вытащил телефон и уставился на высветившееся на экране сообщение от Лена: «Хорошо проводишь время?».

Барри еще несколько часов назад написал ему о том, что собирается провести день у Джо, но ответ пришел только сейчас. Он не планировал заводить переписку: первый раз отправил сообщение с единственной целью оставить свой номер, но слово за слово… Барри сам не заметил, как начал отправлять забавные истории с работы и случайно пришедшие в голову мысли уже обоим Снартам, и чаще — Лену, потому что Лиза была занята подготовкой к тесту. Ответ он получал через раз, и в большинстве случаев это были колкие замечания в его адрес, но Лен еще ни разу не сказал прекратить его донимать, так что… Барри и не прекращал.

«Вполне» — отправил Барри и, немного подумав, добавил: «Наслаждаюсь горячим какао».

Он рассчитывал на вполне конкретную реакцию, и не ошибся: «Надеюсь, с мини-маршмеллоу?».

Барри подчеркнуто заглянул в чашку, не особенно задумываясь о том, что Лен не мог видеть его в этот момент. «Нет» — написал он, добавив в конце грустный смайлик, затем поднял взгляд на Айрис и печально спросил:

— А как же маршмеллоу?

Айрис подняла брови; легкое недоумение в ее глазах мешалось со смутным подозрением.

— Барри, тебе никто не говорил, что торчать в телефоне в компании — неприлично? — строго произнесла она, скрестив руки на груди. — С кем ты там переписываешься?

Барри кинул быстрый взгляд на экран: «Кощунство. Вынуждаешь меня лично купить тебе пачку.» — и, безуспешно попытавшись подавить улыбку, убрал телефон обратно в карман.

— Ни с кем! — поспешил уверить он, прекрасно отдавая себе отчет в том, что звучал несколько виновато. — Просто э-э...

Его взгляд метнулся к Циско в поисках поддержки.

— Подруга, — подсказал ему Циско, что вообще-то не сильно облегчило ситуацию. — Барри завел себе новую подругу. Правда, Барри?

— Да, подругу, — кивнул он. — В абсолютно не романтическом смысле, если вдруг кто решит уточнить. Мы познакомились в баре пару недель назад.

Подозрение не исчезло из взгляда Айрис: ее репортерский инстинкт явно подсказывал, что что-то тут было не чисто. Не то чтобы он ее обманывал.

— И как ее зовут?

— Ли... — чуть было не прокололся Барри, но все-таки успел вовремя исправиться: — ...инда. Ее зовут Линда.

— Я думала, так зовут твоего босса? — удивилась Кейтлин. — И твою бывшую.

— Совпадение. Поразительно, да?

— Очень, — сухо заметила Айрис, но, к счастью, не стала продолжать допрос. — Как, кстати, твоя работа? Не жалеешь о том, что ушел?

Барри едва заметно поморщился. Решение было опрометчивым, но — нет, он не жалел. Работа судмедэксперта сама по себе никогда его особенно не привлекала, хотя он искренне любил химию — впрочем, та была по-своему полезна и в приготовлении коктейлей.

— Я на своем месте, — он уткнулся в чашку с какао. — По крайней мере, пока.

— Папа говорил, Синг все еще держит для тебя место, — заметила Айрис. — Хотя новый парень вроде бы справляется.

— Новый парень?

— Джулиан Альберт, — послышался голос Джо; он как раз вышел из кухни, вытирая руки о полотенце. — Перевелся к нам из Кистоуна. Толковый специалист, хотя и заносчивый малый. Кстати, я уже поставил индейку.

— Отлично! — просиял Барри, намеренно игнорируя упоминание про его замену: эта тема вызывала у него противоречивые чувства, в которых он не особенно хотел разбираться.

Джулиан Альберт из стертой реальности изрядно действовал ему на нервы, и было в нем что-то такое, что не давало Барри покоя, но… Даже если он был прав в своих подозрениях, в этой временной ветке все могло быть совершенно иначе. Он не собирался лезть в это дело из-за личного конфликта, о котором один из них даже не помнил — снова.

— Это правда, что он специалист по мета-людям? — спросила Айрис, очевидно, не желая так быстро отпускать тему.

— Специалист по мета-людям? — Барри постарался как можно правдоподобнее изобразить удивление. — Но последнее время все было тихо… так ведь, Джо?

Джо не спешил с ответом, и Барри невольно сглотнул, чувствуя, как в душе начинает зарождаться паника. Он… не хотел иметь со всем этим дела, не был готов — по крайней мере, не так скоро.

— У нас все под контролем, — немного погодя сказал Джо; его голос звучал твердо. — В деле, над которым мы работаем, есть некоторые нестыковки, но… наш главный подозреваемый и раньше использовал довольно экстравагантные методы, так что нет никакой гарантии, что это вообще как-то связано с мета-людьми.

Барри пожевал губу. Он хотел бы оставить эту тему, предоставить расследование полиции, но… он не знал, руководило ли им в этот момент чувство ответственности или же простое любопытство, и все-таки не мог не спросить — на всякий случай:

— И кто этот подозреваемый?

Несколько мгновений Джо неотрывно смотрел на него, затем тяжело вздохнул.

— Роско Диллон, — ответил он неохотно. — Попался полиции лет семь назад, отсидел четыре года за попытку вооруженного ограбления. Явно научился парочке трюков в тюрьме. С тех пор задержать его не удавалось, хотя он абсолютно точно не стал законопослушным гражданином. Не буду врать, он опасен, но… ничего такого, с чем мы не могли бы справиться.

Барри молча кивнул и решил не задавать больше вопросов: не хотел омрачать праздник, к тому же… Если он когда-нибудь захочет вернуться к этому теме, имени для начала должно было быть достаточно.

— Так... — начала Кейтлин, разрывая повисшее в комнате неловкое молчание. — Ты хотел меня о чем-то спросить?

Барри не сразу сообразил, о чем шла речь, и... тема была немногим лучше предыдущей, но он сам ее поднял.

— Да, я... — он повертел чашку в руках, избегая смотреть на кого бы то ни было. — По поводу соулмейта? Я... и правда чувствую себя гораздо лучше в последние дни, бессонница почти не мучает и аппетит вернулся. И... прошло всего полтора месяца? Это нормально?..

Барри все-таки поднял глаза на Кейтлин. С одной стороны, он был рад, что его жизнь налаживалась, и в то же время не мог избавиться от смутного чувства вины. Пусть он не знал своего соулмейта, но... что с ним было не так, если он так быстро оправился от этой потери?

— Барри, — мягко сказала Кейтлин. — Каждый переживает это по-своему, и период... скорби еще не обязательно равен периоду депрессии. Я начала встречаться с... — она запнулась, — ...Джеем всего через полгода после смерти Ронни, но это не значит, что я не оплакиваю его до сих пор.

— Первый месяц самый тяжелый, — тихо сказал Айрис. — Потом... потом постепенно вспоминаешь, что жизнь продолжается, каким бы кощунственным это не казалось.

Краем глаза Барри заметил, как Джо развернулся и ушел обратно на кухню; на его лице застыло выражение застарелой боли.

— Связь между соулмейтами и духовная и физическая, — вновь заговорила Кейтлин. — Ты знаешь, как долгое время считалось, что депрессию вызывают исключительно психологические факторы? И как потом, в попытке опровергнуть это заблуждение, было принято считать, что это химический дисбаланс и больше ничего?..

Барри неуверенно кивнул. Он смутно помнил коллежский курс психологии, и позже читал на тему несколько статей, но никогда не углублялся в детали.

— В большинстве случаев это сочетание факторов. Депрессия может быть вызвана неблагоприятной социальной средой, смертью близких, потерей работы. Это то, что служит своего рода катализатором. Дисбаланс в свою очередь это и причина, и последствие — замкнутый круг. Но потеря соулмейта, которого ты никогда не знал... — Кейтлин помолчала мгновение, будто обдумывая, как лучше преподнести информацию. — Это тот редкий случай, когда работает исключительно — или, во всяком случае, в первую очередь — физиологический фактор. Отсутствие реальной потери предполагает отсутствие... топлива для депрессии.

— Это… пожалуй, имеет смысл, — медленно признал Барри; ему казалось, он понимал, о чем говорила Кейтлин, хотя ее объяснения и были несколько путанными. — Так значит... это все-таки норма?

— От месяца до трех — средние показатели без употребления сильных антидепрессантов, — кивнула Кейтлин. — И... тебе повезло, что худшее позади.
Циско подозрительно молчал все время разговора, глядя куда-то в сторону и задумчиво нахмурившись. Впрочем, Барри знал, что тема соулмейтов была для него сложной — в первую очередь, из-за «обманутых» ожиданий родителей.

— Слушай, раз уж мы заговорили обо всем этом, — Барри сделал глоток поостывшего какао, давая себе время обдумать, как сформулировать вопрос. — Как считаешь, возможно активировать метку искусственно? Поднять уровень ключевых гормонов на нужный и?..

Кейтлин выглядела несколько обеспокоенной таким поворотом, и ее можно было понять. Сам Барри успел немного успокоиться на этот счет, но инстинктивное неприятие идеи никуда не ушло.

— Ну, — она неуверенно наморщила лоб. — Это возможно, да? Но разве что временно, потому что сам организм ничего вырабатывать не будет. Впрочем, я не вижу особой опасности, но... Барри, зачем это тебе?

— О, нет-нет, не мне, — Барри помахал руками, едва не разлив остатки какао. — Мне самому все это не нравится. Меня попросил эм... Рэй Палмер? Я не уверен, что мне стоит говорить об этом с вами, это вроде бы как конфиденциально.

Он попросил разрешения поговорить с Кейтлин, но сомневался, что в группу доверенных лиц автоматически включались Циско и Айрис.

— Ну, я свое мнение сказала, — пожала плечами Кейтлин. — Если будет нужен более развернутый анализ, я его предоставлю, но я бы предпочла, чтобы эта информация не раскрывалась широкой публике.

Барри согласно покивал. Ему стоило, пожалуй, свернуть этот разговор, но он не очень представлял, чем можно было отвлечь внимание. Если только...

Идея была отвратительной, но об этом его никто молчать не просил.

— Кстати, о Палмере, — сказал Барри, с трудом пытаясь сдержать совершенно неуместную ухмылку. — По всей видимости, он теперь встречается с Миком Рори.

Циско оглушительно фыркнул в чашку с какао и слегка закашлялся. Барри мог поклясться, что он был скорее позабавлен, чем шокирован новостью.

— С Хитвэйвом? — скептически произнесла Айрис. — Ты уверен, Барри? Как это вообще могло произойти?

— Видел собственными глазами, — Барри покачал головой, вспоминая все те детали, на которые толком не обращал внимания во время самого разговора, но не мог не отметить позже. — И потом, по всей видимости, они работали вместе... полгода? Больше?

Наткнувшись на недоуменные и заинтересованные взгляды Кейтлин и Айрис, Барри поспешил пояснить:

— Помните мы сражались с Вэндалом Сэвиджем? — спросил он и, дождавшись подтверждения, продолжил: — По всей видимости, он не только оказался бессмертным, но до кучи планировал захватить весь мир, так что… Какой-то мужик из будущего украл корабль, способный путешествовать во времени, чтобы остановить его до того, как тот обретет мировое господство, и для этого собрал команду... не спрашивайте меня, почему именно в две тысячи шестнадцатом. Для меня это тоже не имеет никакого смысла.

Барри замолчал, чтобы немного перевести дух. Как ни крути, рассказать эту историю так, чтобы она не звучала безумно, не получалось. По крайней мере, Циско был более или менее в курсе ситуации, и, к его удивлению, Кейтлин тоже выглядела так, будто начинала понимать, о чем шла речь.

— О, теперь я вспомнила, доктор Штейн упоминал об этом, — она кивнула сама себе. — Он был частью этой команды, да?

Барри невольно нахмурился. Ему самому пришлось вытаскивать информацию из Штейна едва ли не клещами, и, если бы не Лиза, он даже не знал бы, о чем спрашивать. А Кейтлин, выходит, «мистер Хантер» ничего разглашать не запретил?

— Да, — подтвердил Барри, загоняя подальше неуместную обиду. — С ними как раз был Палмер, и, в числе прочих, Рори и Снарт.

Он мысленно похвалил себя, что на этот раз не споткнулся на имени Лена, хотя Циско все равно послал в его сторону нечитаемый взгляд.

— Это не объясняет, почему Рэй Палмер решил связаться с кем-то подобным, — Айрис свела брови у переносицы.

— Ну... — немного потеряно произнес Барри. — Они много месяцев были товарищами? Мало ли что могло случиться.

Он не знал, какие именно отношения связывали Рэя и Мика: может быть, это был только секс, может, что-то большее. Но имел ли он право осуждать?

— Может быть, у них и была общая цель, — покачала головой Айрис, — но Мик Рори преступник, и месяцы игры в героя этого не изменят.

— Не думаю, что это была игра, — ответил Барри — жестче, чем ему хотелось бы.

В глубине души он прекрасно понимал, что защищал не Мика: он понятия не имел, каким тот был человеком, и один более-менее дружелюбный разговор не мог этого изменить. Но Лен?.. Лена он знал: о его потенциале, желании быть кем-то большим, о жертве, которую он принес ради команды. И, может быть, в чем-то Айрис и была права: само по себе произошедшее не стирало прошлого. Лен был и останется преступником, но это не значило, что он не мог быть героем тоже — задолго до того, как вступил на борт «Вэйврайдера».

Несколько секунд Айрис молча смотрела на него; в ее темных глазах не было осуждения, но и принятия — тоже. Затем она опустила взгляд и поднялась на ноги.

— Пойду помогу папе с готовкой.

— И я, — следом встала Кейтлин. — Хочу быть хоть в чем-то полезной.

Барри шумно выдохнул. Он надеялся, что до самого праздника тяжелая атмосфера хоть немного, но развеется. Наверное, такого исхода можно было ожидать. За последние недели он привык быть Алом — простым барменом, который никому и ничего не был должен, который мог без зазрения совести проводить время с кем ему было угодно. Но он также не перестал быть Барри Алленом, в действительности не перестал быть даже Флэшем, и рано или поздно две стороны его жизни должны были столкнуться. Он только молился, чтобы они обе пережили это столкновение, потому что не был уверен, что сможет пожертвовать любой из них.

— Хей, — тихо и неожиданно мягко позвал Циско, и Барри вскинул на него взгляд. — Ты же знаешь, что я на твоей стороне?

Барри невольно улыбнулся и кивнул. Это было неизменным: в этой реальности или в любой другой. И, кто знает? Может быть, его надежды на лучший исход не были столь уж наивными.


25 ноября 2016 года
Централ-сити, квартира Барри — 10:04 p.m.


В квартире было темно, только сквозь оконные стекла пробивался свет уличных фонарей, и ярко горел экран телевизора. Последний — шестой — эпизод «Звездных войн» медленно, но верно подходил к концу.

Этот вечер вне всякого сомнения проходил лучше вчерашнего. Все время, проведенное у Джо, Барри не мог выкинуть из головы слова Айрис, брошенные в адрес Мика Рори. Он возвращался к ним снова и снова, и не мог не думать, а правильно ли поступал, впуская в свою жизнь тех, кто причинил немало боли ему самому, его близким, десяткам невинных людей?..

И в то же время, когда пришел черед произносить традиционную благодарность, первая мысль Барри — та, что вертелась на его языке, — была о том, как признателен он был за ненавязчивую поддержку Лизы; за то, что ему было с кем разделить горе, когда он мог только бежать от близких; за то, что Лен вопреки всему оказался жив, и казавшееся неподъемный чувство вины ослабло хоть немного; и еще — за то, что Лен больше не держал его на расстоянии, не как раньше, потому что даже думать об этом было неожиданно страшно…

И, может быть, именно поэтому, вернувшись в свою квартиру, Барри тут же набрал номер, который за последние дни успел выучить наизусть.

«Ты задолжал мне марафон,» — сказал он без лишних предисловий, не позволяя себе даже рассматривать возможность отказа или очередной отсрочки. К его удивлению Лен и не пытался спорить: «Если не будешь настаивать на просмотре приквелов, я весь твой». И Барри не был готов признать, отчего последние слова заставили прилить кровь к щекам.

Лен пришел к нему в начале шестого. Они заказали пару коробок пиццы, Барри достал из холодильника упаковку пива, и… каким бы абсурдным это ни казалось, он не мог припомнить, когда последний раз настолько хорошо проводил время. Он уже думал о том, как, может быть, в следующем месяце пригласит Лена на показ нового фильма, как до этого они обязательно найдут время посмотреть и седьмой эпизод тоже. Барри строил планы и как никогда ясно осознавал, что не готов был от них отказываться. От возможности узнать Лена — не со слов Лизы и не в собственных фантазиях, а таким, каким тот был на самом деле.

Желание не было новым: он ощущал его и раньше. Интерес, граничащий с нездоровым. Барри не позволял себе остановиться и всерьез задуматься над тем, что это могло значить. Он упрямо шел вперед, когда ни один из них не был к этому готов: ни когда Барри пытался предложить — навязать? — помощь в ситуации с Льюисом, ни тем более раньше, когда безумная мысль довериться врагу казалась единственным возможным решением. И тогда они были врагами: любое возможное влечение заглушал страх от мысли, что Снарт причинит вред его близким. Даже прошлым Рождеством Барри готов был верить в лучшее всем сердцем, поставить на кон собственную жизнь, чтобы доказать, что прав. Собственную, но не Айрис.

Сейчас, казалось, все было совершенно иначе, хотя он не взялся бы сказать, в чем была причина изменений. В конечном счете это по-прежнему был вопрос доверия — доверия, уже обманутого ранее, и все-таки Барри был уверен, что не совершает ошибку на этот раз. За прошедшее время изменился не только его взгляд на их отношения, Лен — тоже. Или, может быть, тот всего лишь открылся для него с новой стороны. Он был мягче, искреннее в те редкие мгновения, когда позволял изменить привычному образу — и то, что это был всего лишь образ, признавали они оба.

Барри так глубоко ушел в собственные мысли, начисто отвлекшись от сюжета фильма и происходящего вокруг, что неожиданное движение Лена, потянувшегося за пультом, заставило его буквально подскочить на месте. Пиво в только что открытой бутылке запенилось, выплескиваясь наружу.

Барри выругался под нос и, спешно поставив бутылку на стол, печально уставился на насквозь мокрую футболку. Ткань неприятно липла к телу и в воздухе разливался кисловатый запах пива. Недовольно скривившись, Барри стянул с себя футболку, намереваясь переодеться во что-то чистое — и, что было важнее, сухое. Он не сразу осознал, как тихо стало в комнате. Лен поставил фильм на паузу, но и сам был подозрительно молчалив: ожидаемой насмешки так и не последовало. И… Барри почти физически ощутил его неподвижный взгляд на собственной обнаженной спине: на том самом месте, где была метка. Он замер, чувствуя, как невольно напряглись мышцы в его теле.

— Лиза… сказала тебе, да? — с трудом выдавил из себя Барри, комкая в руках футболку.

Краем глаза он увидел, как Лен медленно кивнул. Тяжело сглотнув, Барри заставил себя полуобернуться. Лен смотрел на него внимательно и задумчиво, но жалости в его взгляде не было. Его пальцы едва заметно дрогнули, и в какой-то момент Барри почти ожидал прикосновения — не был уверен, что позволит, что сможет перенести, — но его так и не последовало.

— Оденься уже, — протянул Лен с наигранной насмешкой в голосе. — Мы ведь не хотим, чтобы ты замерз.

Барри сдавленно кашлянул в попытке прикрыть слабый смешок. Глупая шутка немного разрядила атмосферу, а ставший привычным тон на удивление неплохо успокаивал.

Перейдя на суперскорость, он переместился в ванную комнату, отправил футболку в корзину для белья, кое-как стер с себя влажной губкой остатки пива, затем переоделся в толстовку S.T.A.R. Labs и вернулся обратно на диван. На все это у него ушло от силы десять секунд, но Лен уже успел снова включить фильм и полностью уйти в происходящее на экране.

Он вообще был поразительно неразговорчив во время всех шести часов просмотра, хотя Барри скорее ожидал острот и замечаний каждые пять минут. Впрочем, жаловаться ему было не на что: тишина была уютной, а чужое присутствие рядом приносило почти забытое ощущение защищенности. Напряжение понемногу отпускало, и спустя несколько минут он смог вновь полностью расслабиться.

Через некоторое время Барри поймал себя на том, что почти не смотрит на экран, где уже начались завершающие сцены эпизода, а вместо этого то и дело бросает косые взгляды на Лена. Тот сидел, откинувший на спинку дивана, вытянув ноги и положив на колени скрещенные руки ладонями вверх. Его лицо было спокойным, даже несколько отрешенным, но время от времени между его бровей обозначалась складка, и он будто машинально потирал правое запястье.

Барри немного сдвинулся, пытаясь устроиться удобнее, прижимаясь бедром к бедру Лена; крошечный двухместный диван не оставлял пространства для маневра, но близость между ними не была неприятной. Жар чужого тела ощущался даже через слои одежды, и Барри уже не первый раз поймал себя на мысли, что Лен был удивительно теплым, вот только его руки всегда казались ледяными, и…

— Знаешь, когда я жил в общежитии, у моего соседа по комнате была та же проблема, — осторожно заметил он.

Фильм наконец закончился, и по экрану поползли финальные титры.

— Хм? — Лен медленно моргнул. — Какая проблема?

Барри кивнул на его руки.

— Плохая циркуляция? Или я не прав? Я… — он немного смешался, но все-таки нашел в себе силы продолжить: — Я могу помочь? У меня есть…

Ему понадобилась пара секунд, чтобы принести из ванной комнаты пузырек с лавандовым маслом, чудом оставшийся с тех пор, как Айрис пыталась открыть ему глаза на чудеса ароматерапии.

Неловко улыбнувшись, Барри выразительно потряс флакончиком в воздухе.

Лен слегка нахмурился и наклонил голову к плечу, очевидно не испытывая особого энтузиазма от предложения. Барри почувствовал, как невольно гаснет его улыбка. И почему он решил, что это хорошая идея? Даже с его наблюдательностью он не мог не заметить, насколько Лен не любил чужие прикосновения, так с чего бы его стали исключением?

— Хорошо, — тихо сказал Лен.

Барри удивленно моргнул. Лицо Лена было напряженным, он дышал подчеркнуто ровно и глубже, чем обычно: сама идея массажа вызывала у него явный дискомфорт. Тогда зачем он согласился?..

«Ты уверен?» — чуть не спросил Барри, но вовремя себя остановил: ни к чему было акцентировать внимание на том, что Лен наверняка считал слабостью. Вместо этого он кивнул и, откупорив флакон, растер немного масла между ладонями.

Лен поддернул рукав свитера и протянул ему правую руку. Стараясь не показать, насколько нервничал сам, Барри осторожными, но уверенными движениями принялся втирать разогретое масло в кожу его запястья, постепенно переходя на кисть. Он не поднимал глаз, полностью сосредоточившись на своих действиях.

У Лена были красивые руки — с широкими ладонями и длинными, сильными пальцами. Барри обращал на них внимание и раньше — трудно было не обратить. Жесты Лена всегда были театрально выразительны, язык его тела говорил больше — лгал искуснее — чем слова. И, может быть, это не следовало находить столь привлекательным, но в этот раз самообман давался Барри наредкость плохо. Он… многое вынужден был признать за последние дни: то, что раньше было зарыто глубоко под гнетом ежедневных проблем, прорываясь наружу лишь смутной неудовлетворенностью и непонятной тоской.

Барри продолжал нехитрый массаж, и постепенно кожа под его пальцами становилась теплее. Дыхание Лена было по-прежнему ровным, лишь изредка прерываясь едва заметным полувздохом. Аккуратно, стараясь не испачкать одежду, Барри потянул рукав его свитера выше, почти полностью обнажая предплечье, и…

— Это?.. — голос прозвучал хрипло, едва преодолевая вставший посреди горла ком.

Барри несколько раз моргнул, пытаясь прогнать непонятно откуда взявшийся туман перед глазами. На руке Лена, почти у самого локтевого сгиба, начиналась деликатная россыпь снежинок — почти белых, едва-едва тронутых льдисто-голубым.

— Нет, — ответил Лен мгновение спустя. — Обычная краска.

— О, — выдохнул Барри.

Это не было меткой, хотя татуировки — особенно цветные — всегда считались дурным тоном для людей, не состоящих в инициированной связи. Но Барри не было дела до приличий, и уж точно не их попрание вызывало тянущую боль в груди и привкус горечи во рту, и зависть — не потому, что соулмейт Лена был жив, а потому…

Барри оборвал поток собственных мыслей и поднял голову. Лен был совсем близко, смотрел на него мягко и непривычно открыто, и пульс под кожей его запястья бился немного быстрее, чем еще мгновения назад. Сердце самого Барри стучало так часто, что кровь шумела в ушах, и в этот миг он попросту не мог отрицать то, что пытался игнорировать так долго: конфликт эмоций при мысли о соулмейте Лена, потребность защитить его от обвинений Айрис и собственное смущение от беззлобных поддразниваний Лизы. Когда его чувства успели так измениться? За несколько недель, что свели их ближе, чем казалось возможным, или же за месяцы и годы — прячась от него самого, потому что он не мог позволить себе признание, только не тогда?..

Барри сам не заметил, как подался вперед, сокращая последние дюймы расстояния между ним и Леном. Медленно, мучительно медленно — и он не знал, действительно ли это было так, или только для него мгновение растянулось в вечность. Он поймал взгляд Лена, спрашивая разрешения, но тот лишь опустил глаза, скрывая любые эмоции под тенью ресниц, отказываясь давать как отказ, так и поощрение. Он оставлял решение за Барри, но для него выбора не стояло вовсе.

Губы Лена были сухими и слегка потрескавшимися, горчащими послевкусием от выпитого пива, и поцелуй был всего лишь мимолетным прикосновением, намеком на возможность чего-то большего. Он кончился слишком быстро. Время вновь подвело Барри, растягивая предвкушение, но сминая само мгновение.

— Мне пора идти, — сказал Лен, отстранившись.

В его голосе не было ни насмешки, ни выверенного акта притворства, но и былая мягкость исчезла без следа. Барри не поднимал взгляд: не хотел знать, какие чувства отражались на его лице. Он ни о чем не жалел, только… что это значило для него? Для них? Он как всегда бросался в омут с головой, на полной скорости, не видя препятствий, пока те не ломали его.

«Останься,» — хотелось сказать ему, но он не смел. Мгновение назад все было простым и понятным, но сомнения только ждали своего часа. Барри молча кивнул.

Лен потер середину ладони, едва заметно блестящей от масла, и одернул рукав. Он поднялся на ноги. Барри встал следом. Не нарушая тишины, они прошли в коридор, даже не глядя друг на друга. Когда-то уютное молчание между ними теперь давило грузом несказанного, и Барри… не хотел оставлять все вот так. Он неловко помялся у порога, ожидая, пока Лен наденет пальто.

— Знаешь, не думал, что скажу это, но я почти скучаю по твоей идиотской парке, — выпалил он первое, что пришло на ум, в жалкой попытке хоть как-то разбить лед между ними.

По крайней мере, он был искренен: в чем-то немного нелепый образ шел Лену больше подчеркнутой строгости дорогого кашемира.

Мгновение взгляд Лена был острым и изучающим, но затем выражение его лица смягчилось, и он дернул бровью, выражая явно наигранное негодование.

— Скоро ее увидишь, — пообещал он и приподнял уголок рта в намеке на усмешку. — Зима близко.

Барри замер, абсолютно уверенный, что ослышался.

— Ты ведь только что не… — пробормотал он неверяще.

— Я только что да, — подтвердил Лен с поразительным самодовольством.

Барри коротко рассмеялся и покачал головой.

— Лиза была права насчет твоего чувства юмора, — сказал он, по-прежнему улыбаясь.

Усмешка Лена уступила место ответной улыбке, и он сделал полшага вперед, преодолевая разделяющее их расстояние. Так близко Барри чувствовал тепло его дыхания, запах лавандового масла и холодную ноту парфюма. Он замер, не в силах пошевелиться, ожидая… сам не знал, чего. Затем — губы Лена коснулись кончика его носа, и Барри часто заморгал, чувствуя, как лицо заливает краска.

— Увидимся, Скарлет, — бросил Лен на прощание, открывая дверь и скрываясь в полутьме коридора.

Барри так и остался стоять на месте, чувствуя себя смущенным и потерянным, и отчего-то необъяснимо счастливым.

Централ-сити, квартира Лизы — 11:24 p.m.

— Ты улыбаешься, — Лиза уперла руки в бедра и, прищурившись, смерила Лена подозрительным взглядом. — Что произошло?

— А что-то должно было произойти? — Лен позаботился, чтобы в его голосе не отражалось ни толики интереса к ситуации в целом и назойливым вопросам сестры в частности.

Повесив на вешалку пальто, он прошел в ванную комнату, чтобы ополоснуть руки: на коже все еще оставалось масло, и ноздри забивал горько-цветочный запах лаванды. Ставшая почти привычной боль немного отступила, но Лен сомневался, что причиной тому был массаж. Подсознание опять играло с ним в игры.

— О, нет, даже не думай, что я так просто от тебя отстану, — Лиза проследовала за ним следом. — Сначала ты не расстаешься с телефоном, потом пропадаешь куда-то на целый день… и это после того, как я тщетно пыталась избавиться от себя всю неделю! Где ты был?

— Закупался подарками, — ответил Лен, даже не пытаясь звучать убедительно. — Черная пятница, забыла?

— И где все эти горы твоих покупок? — ядовито поинтересовалась Лиза.

— Не нашел ничего подходящего.

— Ленни, прекращай этот цирк, — она нахмурилась. — Ты думаешь, я не вижу, что в твоей жизни что-то происходит?

Лен вытер руки бумажным полотенцем и, выбросив его в ведро, развернулся к Лизе, скрещивая руки на груди.

— Если бы я считал нужным чем-то с тобой поделиться, я бы это сделал, — произнес он сухо.

— Как скажешь, — на удивление спокойно отозвалась Лиза. — Но ты ведь знаешь, что можешь?

— Могу что?

Поделиться. Чем угодно.

— Разумеется.

Лен не лгал, но даже для его собственных ушей ответ прозвучал как отговорка. Как бы близки они ни были с Лизой, он никогда не мог полностью открыться перед ней, положиться на нее — не потому, что она этого не заслуживала, а потому, что лишен был этой роскоши по праву рождения. Он был старшим братом, и он должен был быть ее опорой. Не наоборот.

Это не означало, что он собирался держать все в тайне от сестры, вот только отношения, зарождающиеся между ним и Барри, были слишком новыми и хрупкими, непростыми даже без чужого вмешательства. К тому же Лиза понятия не имела, что под маской Флэша скрывался ее приятель Ал, и пока этот вопрос оставался нерешенным, у Лена не оставалось иного выбора, кроме как избегать ее вопросов.

Лиза едва слышно вздохнула, даже не пытаясь скрыть разочарования. Лен привычно проигнорировал укол вины.

— Как прошел твой тест? — спросил он, проходя мимо нее в сторону гостиной. — Кажется, результаты должны были прийти сегодня?

— Сдала, — с немалым удовлетворением ответила Лиза. — А ты сомневался?

Лен молча покачал головой. Он всегда знал, что Лиза способна была добиться чего угодно, стоило ей по-настоящему захотеть. И он гордился ей: ее смелостью и упорством и тем, что она не оглядывалась на него, принимая решение. Его устроил бы любой ее выбор: не важно, была ли Лиза преступницей или социальным работником, она оставалась его младшей сестрой, самым важным человеком в его жизни. И все-таки в глубине души Лен был рад, что для нее по-прежнему был открыт иной путь — проще и безопаснее, чем тот, по которому они оба шли до сих пор.

— Это действительно то, чего ты хочешь? — спросил он, опустившись на диван и сцепив пальцы в замок.

Потому что безопасность сама по себе того не стоила, он защитил бы ее в любом случае: это была его работа.

Лиза села рядом с ним, но не торопилась нарушать тишину — казалось, будто она всерьез раздумывает над ответом.

— Может быть, — несколько мгновений спустя признала она, разглядывая собственные руки. — Мне тоже страшно, Ленни. Изменить всю свою жизнь вот так, в одно мгновение. Я не знаю, получится ли, не знаю, нужно ли мне все это. Но что мне нужно — это запасной план.

Лен молчал, даже не думая ее прерывать. Он знал, что Лиза еще не выговорилась.

— Мне уже тридцать, и кто я? Воровка и обманщица. Мой единственный способ привлечь внимание хорошего парня — запутать его во лжи. Это я умею, — она искусно скрывала горечь за насмешкой, и любой другой поверил бы обману.

— Этот гипотетический «хороший парень» случаем не Циско Рамон? — поднял брови Лен.

— А что, если так? — Лиза вскинула взгляд, мгновенно занимая оборонительную позицию. — Проблемы?

Лен дернул плечом. У него не было проблем — во всяком случае, не с Циско. Стрелка морального компаса этого мальчишки далеко не всегда показывала строго на север, но он не причинил бы Лизе вред — по крайней мере, не намеренно.

Лен никогда не ставил своей целью контролировать отношения Лизы, даже если порой производил совершенно обратное впечатление.

И, может быть, он и относился бы ко всей этой идее куда более скептически, если бы хоть на секунду думал, что Лиза делает все это для Рамона — для кого-либо другого. Но она делала это для себя. Чтобы видеть в зеркале ту версию себя, которой всегда хотела быть. Ему было знакомо это чувство, даже если он успел позабыть о нем до тех самых пор, пока Барри не решил вновь разбередить старые раны со своими речами о геройстве и недостижимых идеалах.

В отличие от Лизы, он не видел перед собой ни единого пути — и даже старый оказался заказан. Лену оставалось ждать, но это тоже было привычным, и интуиция подсказывала, что на этот раз ожидание будет впустую.

— Не собираюсь вмешиваться в твои отношения, — ответил он, вновь возвращаясь к теме.

В самом деле, из всех тех, на кого Лиза когда-либо обращала внимание, Рамон был самым безобидным вариантом. И это… навевало воспоминания, к которым он предпочел бы не возвращаться, но выбора не оставалось. Он и так игнорировал эту деталь слишком долго.

— К слову об отношениях, — Лен подчеркнуто расслабленно откинулся на спинку дивана, но его взгляд стал острее. — Неделю назад тебе звонил Роско. Чего он хотел?

На лицо Лизы набежала тень. Лен не думал, что она пыталась что-то скрыть — скорее также отложила разговор в дальний угол памяти и не слишком желала о нем вспоминать.

— Не уверена, — она прикусила губу. — Он недавно вернулся в Централ-сити. Не знаю, как раздобыл мой номер — я уже сменила карту, не беспокойся.

Лен не мог не беспокоиться, потому что то, что Роско достал информацию в первую очередь, не могло не тревожить.

— По всей видимости, он слышал о нашей репутации, — она насмешливо вздернула бровь, но ее глаза все равно были беспокойными. — Предложил работать вместе.

— Ты?

— Послала его ко всем чертям, — усмехнулась Лиза, но, помолчав, добавила уже серьезнее: — Не уверена, что он последует моему совету.

Лен свел брови у переносицы. Возвращение Роско было дурной новостью. Для Лизы, для него самого, для Централ-сити. Тот всегда был несдержанным, витающим где-то в своих больных фантазиях и неоправданных амбициях. Но он также был предприимчивым и хватким, и его попытки заработать себе имя как правило оставляли след… Лен усилием воли заставил себя отложить эту мысль на потом, когда сможет уделить ей все возможное внимание и заполучить недостающую информацию.

Чувство ожидания только усилилось: внутреннему хронометру теперь вторил обратный отсчет.

— Кстати, — Лиза закинула ногу на ногу и изогнула губы в дразнящей усмешке, — о Циско. Я говорила, что они с Алом друзья?

— В самом деле? — пробормотал Лен.

Барри вообще прилагал хоть какие-то усилия, чтобы скрыть свою личность? Не то чтобы Лен когда-либо всерьез считал, что тот мог намеренно обманывать Лиз — даже когда озвучивал обвинения.

— Не думай, что я не заметила, как ты избегаешь говорить о нем, — Лиза картинно надула губы. — Он мой друг, Ленни, а ты сначала запугал его до полусмерти, а теперь вообще игнорируешь его существование.

Лен недовольно дернул уголком рта. Вся эта ситуация чем дальше, тем больше вызывала глухое раздражение. Он не хотел врать Лиз, но сказать правду не мог тоже, и это оставляло ему единственный возможный вариант: закрыться намертво.

— Я не игнорирую, Лиз, — произнес он устало, потерев пальцами переносицу — было еще не слишком поздно, но он с удовольствием бы лег спать пораньше; этот день вымотал его эмоционально. — Что ты хочешь, чтобы я сказал?

Лиза поджала губы и некоторое время молчала.

— Как насчет того, чтобы ты мне сказал, что у вас приключилось с Миком?

— Я не это имел в виду, — процедил он — от растущего напряжения между бровями начала скапливаться головная боль. — У нас все в порядке. Мик в порядке. Трахает Палмера.

Лиза едва не поперхнулась воздухом.

— Кого? Есть какая-то связь с Palmer Technologies?

— Прямая, — Лен позволил себе усмешку, признавая успешность отвлекающего маневра. — Красавчик был одним из членов нашей так называемой команды. Похоже, они с Миком сдружились больше, чем я полагал.

Он пожал плечами, будто новость не сильно его беспокоила — он держал эту маску и когда впервые узнал об этом от Барри. И, в самом деле, нельзя было сказать, чтобы такой исход был столь уж поразительным. Вот только Лен знал лучше многих, что Мик всегда заглядывался исключительно на женщин, и если тюрьма не заставила его этому изменить, то вряд ли можно было списать все на замкнутое пространство «Вэйврайдера». Значит, дело было в самом Рэймонде — и, вероятно, в его щенячьей непосредственности и щенячьей же неспособности выпустить из зубов кость, единожды в нее вцепившись.

— Он тебе сам сказал?

— У меня свои источники.

Лен явственно видел, как разгорался огонь любопытства в глазах Лизы. Раньше она, может быть, не стала бы уделять этому внимание, но за его отсутствие что-то изменилось в их с Миком отношениях. Он не хотел думать о причинах, да в этом и не было нужды — те были болезненно очевидны.

— Так, все, я звоню Мику, потому что ты так и не соберешься.

Переубеждать ее не было смысла, и первым же инстинктом Лена было уйти прочь из комнаты, чтобы хоть как-то избежать сомнительной радости стать свидетелем очередного спектакля, но бегать было не в его привычке. К тому же — он слишком устал. Он вытянул ноги под столом и сцепил руки на животе.

— Включи громкую связь, — посоветовал он.

Лиза сощурила глаза, явно собираясь отказать хотя бы из вредности, но потом сменила гнев на милость.

— Так уж и быть.

Она достала из кармана халата телефон и, порывшись в списке контактов, нажала на кнопку вызова. Тишину комнаты наполнил звук длинных гудков.

Даже после трех попыток к трубке так никто и не подошел.


27 ноября 2016 года
Централ-сити, бар «Warriors» — 3:18 p.m.


— Что-то удалось узнать? — Барри по привычке оглядел помещение бара, чтобы убедиться, что никто не мог подслушать их с Циско разговор.

Ему стоило бы перестать говорить на подобные темы на рабочем месте, но мысль о том, чтобы навестить S.T.A.R. Labs не вызывала у него особого энтузиазма, а рабочие часы едва ли располагали к тому, чтобы встречаться с кем-то иначе как в выходные дни.

Циско закончил методично раскладывать на костере спираль из арахиса и поднял голову.

— Все, что я могу сказать: Джо не лгал, — он пожал плечами. — В участке действительно никто не знает, мета Диллон или нет. Последние несколько ограблений вполне соответствуют его modus operandi до взрыва ускорителя, разве что…

Циско задумчиво пожевал губу. Барри невольно насторожился.

— Что?

— Они мельче, — Циско вновь вернулся к орешкам, на этот раз пытаясь организовать их в какую-то другую фигуру. — Ювелирная лавка была самым крупным из трех, другие два вообще круглосуточные магазины. Проблема в том, что работать там совершенно не с чем, все чисто. Если бы не склонность этого парня к излишней театральности…

— Что ты имеешь в виду?

— Насколько я понял, он всегда оставляет за собой своего рода визитную карточку, но я так и не понял, о чем именно шла речь. Мне не так много удалось подслушать, — Циско нахмурился. — Слушай, если тебе так уж интересно это дело, не проще ли?..

Он выразительно пошевелил пальцами и сделал большие глаза. Барри был не вполне уверен, что должен был означать этот жест, но полагал, что тот так или иначе намекал на Флэша. Конечно, он мог в любой момент воспользоваться суперскоростью, чтобы получить доступ к архивам полиции или к данным Альберта, если у того все же было что-то полезное. Проблема заключалась в том, что поступить так означало признать, — пусть даже самому себе, — что Флэш вернулся, а к этому Барри был совершенно не готов.

— Я не собираюсь заниматься этим делом, — сказал он твердо. — Не без самой крайней необходимости.

Он немного помолчал, еще раз прокручивая в голове сказанное Циско. Кое-что во всей этой истории не давало ему покоя.

— А с чего они вообще взяли, что Диллон может быть мета-человеком?

— Ну, я ведь сказал, что там все «чисто»? Кое-что даже слишком, — во взгляде Циско явственно читалось неодобрение, и Барри не хотел даже гадать, на кого оно было направлено. — Раньше он не был столь аккуратен. К тому же с чего вдруг ему снижать планку?

Вариантов было как минимум два. Теоретически Барри мог предположить, что они имели дело с менее амбициозным подражателем, но это не объясняло полное отсутствие улик. Нет, он скорее поставил бы на то, что Диллон по какой-то причине выбирал «безопасные» цели, как если бы…

— Думаешь, он прощупывает почву? Готовится к чему-то большему?

И тренирует свои силы, — выразительно добавил Циско, затем пожал плечами. — Если они у него есть.

— Если они у него есть, у него должно было быть предостаточно времени, чтобы к ним привыкнуть, — заметил Барри. — Конечно, нельзя исключать, что они манифестировались совсем недавно, но…

— Ты скажи это всем тем, кто чуть ли не каждый месяц изобретал новый способ подпортить нам жизнь, — проворчал Циско, печально покосившись на свой пустой бокал из-под пива. — Помнишь, как Мардон научился летать?

Барри невольно рассмеялся. По прошествии времени он, по крайней мере, мог вспоминать об этом со смутным весельем, а не леденящим ужасом беспомощности. Как странно память искажала события.

— Будем надеяться, Диллон до такого не дойдет, — он покачал головой. — Ты держи меня в курсе дела, но я…

— Я понял, — кивнул Циско. — Никакого Флэша без крайней необходимости. Я понял, чувак, не надо повторять это по десять раз. Никто на тебя не давит.

Но разве это было так? Барри никто не говорил об этом прямо, но Кейтлин в каждом разговоре не забывала намекнуть, что ему неплохо бы заглянуть в лабораторию для проверки, Джо уже не раз оговаривался, как будто невзначай, насколько проще ему было работать при Флэше, даже когда речь шла об обычных преступниках, а Айрис… порой разочарование в ее взгляде затмевало понимание, и он не мог не чувствовать вины за то, что разрушил ее сказку о герое, за которую она держалась так крепко с первых мгновений его появления на улицах Централ-сити.

— Ну я… наверное, пойду? — прервал его размышления голос Циско. — Я и так торчу тут уже второй час.

Его пиво было допито, доедать арахис он явно не собирался, и, по большому счету, они успели обсудить все, что только можно: и личные дела, и расследование дела Диллона. Вот только Барри отчаянно не хотелось оставаться в одиночестве: слишком ярко и болезненно оно ощущалось в последние два дня, и каждый раз, оставшись наедине с собственными мыслями, он возвращался к сомнениям, с которыми не знал, как бороться.

— До встречи, — через силу улыбнулся он; как бы ему ни хотелось, чтобы Циско остался, тот не обязан был жертвовать своим свободным временем ради его очередного приступа меланхолии. — Звони если что, окей?

— Окей, — Циско смерил его внимательным взглядом, затем тряхнул головой и пожаловался: — Нам надо прекратить встречаться у тебя на работе, я так разорюсь.

Барри коротко рассмеялся.

— Считай, что сегодня я угощаю.

Он стал злоупотреблять этим в последнее время, но не то чтобы он работал в баре ради денег.

— Спасибо, бро, ты просто спаситель моего кошелька, — Циско соскочил со стула и, перегнувшись через стойку, хлопнул Барри по плечу. — Бывай.

Барри только слабо махнул рукой в жесте прощания.

Несколько секунд он провожал взглядом уходящего Циско, и только потому предельно четко уловил момент, когда распахнулась дверь бара, пропуская… Лена. Барри судорожно сжал пальцами край барной стойки. Он должен был догадаться, что рано или поздно что-то подобное обязательно случится, и из всех возможных вариантов этот был не самым худшим, но…

— Циско, — наклонил голову Лен; приветствие можно было бы назвать дружелюбным, если бы не откровенная насмешка в его голосе. — Давно не виделись.

— Колд? — едва не подскочив на месте, пискнул Циско, лишь чудом не привлекая нежелательного внимания других посетителей. — Как ты?.. Что ты?.. Чувак.

Последнее, равно как и обвинительный взгляд, были обращены уже в сторону Барри.

— Мог бы предупредить, — почти прошипел Циско.

Барри виновато пожал плечами. Не то чтобы он планировал до бесконечности скрывать от Циско новость о возвращении Лена, но до сих пор для разговора об этом не находилось ни правильного момента, ни подходящих слов.

— Я передам Лизе привет, — сказал Лен, обходя Циско стороной и устремляясь к барной стойке; в его глазах плескалось плохо скрываемое веселье.

Циско подавился воздухом, но мгновение спустя все же сумел взять себя в руки и, послав Барри очередной выразительный взгляд, в котором явственно читалось: «мы еще об этом поговорим», вновь направился к выходу. Впрочем, не дойдя до двери всего несколько шагов, он полуобернулся и бросил через плечо:

— Крутой костюмчик.

Лен замер на долю секунды и чуть наклонил голову в сторону Циско.

— Спасибо, — удовлетворенно произнес он.

Барри недоуменно моргнул и окинул Лена взглядом, пытаясь сообразить, о чем шла речь. Тот был одет, в общем-то, как обычно, вот только… Барри тяжело сглотнул, пытаясь прогнать невесть откуда взявшуюся сухость во рту. Бедра Лена закрывала плотная ткань килта, и кто бы мог подумать, что этот образ окажется настолько привлекательным?..

Лен прошел к стойке, подчеркнуто не обращая внимания на парочку косых взглядов со стороны одного из дальних столов. Опустившись на барный стул, он закинул ногу на ногу и подпер ладонью подбородок.

— Сегодня я в настроении для «Daisy», — произнес он с ленивой улыбкой, бросая на Барри многообещающий взгляд из-под ресниц.

— Со льдом? — хрипло пробормотал Барри.

Он отдавал себе отчет, что совершенно беззастенчиво пялился, но ничего не мог с собой поделать.

— Разумеется.

Барри был несказанно рад, что за месяц работы в баре и годы в лаборатории до того, мог приготовить практически любую смесь с закрытыми глазами, потому что в данный момент его внимание категорически отказывалось сосредотачиваться на том, что он делал.

У него совершенно не получалось заставить себя оторвать взгляда от Лена: от приглашающего, чуть насмешливого блеска его глаз, от изгиба его губ… каким будет их вкус, смешанный с обжигающей горечью водки и приторной сладостью гренадина? Он мог бы узнать прямо сейчас, поцеловать его, наплевав на публику, и, может быть, если бы под килтом не было мешающей джинсы, его ладонь скользнула бы по горячей коже бедра, от колена и выше, и…

Барри закусил губу и опустил взгляд, чувствуя, как жар заливает его лицо. Когда последний раз он позволял себе настолько уйти в фантазии о ком-то, чтобы возбудиться от собственных мыслей? В шестнадцать?

Он нырнул под стойку бара, чтобы достать лед, и, главное, спрятать свое смущение. Когда он вновь распрямился, Лен смотрел на него прямо, и жар в его глазах мешался с открытым самодовольством.

— Нравится то, что ты видишь? — спросил он, без малейшего стыда перед избитой фразой.

Барри только кивнул: отрицать очевидное было глупо. Он машинально облизал губы.

— Ты очень… отвлекаешь, — признал он. — Очень.

— Как и ты, Барри, — еще немного, и Лен перешел бы на мурлыканье, и это уж точно должно было считаться противозаконным. — Кстати, отличная стрижка. Тебе идет.

Последние слова были сказаны уже совершенно иным тоном: подчеркнуто легким, будто речь шла о погоде. Барри неуверенно моргнул.

— Спасибо? — он опустил взгляд на коктейль, который каким-то чудом успел вполне успешно закончить. — Прошу.

Он подвинул стакан ближе к Лену.

На несколько минут между ними повисло молчание. Лен не спеша пил коктейль, а Барри отчаянно пытался отгонять мысли о том, о чем думать не стоило, но уж очень хотелось.

— Так, — начал он хрипло, затем, прочистив горло, продолжил: — Я освобожусь не раньше середины ночи, но завтра у меня выходной и…

Он сам толком не знал, что именно пытался предложить — и, учитывая его неожиданно разыгравшуюся фантазию, вполне возможно то, к чему толком не был готов. Казалось проще простого поддаться влечению, дать выход копившемуся между ними напряжению, но все-таки была причина, почему позавчера Лен ушел так рано, почему Барри его отпустил, как бы ему ни хотелось просить остаться.

— В другой раз, — с едва различимым неудовольствием ответил Лен, проводя пальцем по ободку стакана.

Барри не был уверен, какое чувство было сильнее в нем в этот момент: облегчение или же разочарование.

— Тебе нужно поговорить с Лизой, — произнес Лен несколько мгновений спустя.

— О чем?

— О Флэше.

Барри едва заметно вздрогнул. Он успел забыть о том, как звучало это имя из уст Лена: насмешкой, угрозой, признанием.

— Не о чем говорить, — ответил он, упрямо поджав губы и отказываясь встречаться с Леном взглядом. — Это в прошлом.

— Послушай, пацан…

Барри сцепил зубы. Он не знал, что больше резало слух: само обращение, явная попытка увеличить дистанцию между ними или же покровительственный тон.

— Не надо обращаться со мной как с ребенком, — ощетинился он, невольно повышая голос.

— Так не веди себя, как ребенок, — Лен наоборот заговорил тише, но четче, практически чеканя каждое слово.

— Какое ей дело до того, что я был Флэшем? Это уже не имеет значения.

Лен приоткрыл было рот, чтобы что-то ответить — судя по его взгляду, что-то колкое и немилосердно жесткое, — но в конечном итоге все же передумал. Он помолчал несколько секунд и только потом заговорил:

— Я как минимум не могу объяснить Лиз, с чего вдруг решил завести отношения с ее «хорошим другом Алом», — последние слова прозвучали особенно ядовито.

— Почему нет? — спросил Барри, стараясь не обращать внимания на то, как екнуло его сердце при слове «отношения». — Это могло произойти!

Лен сжал губы. Его взгляд был нечитаемым.

— Едва ли, — коротко ответил он.

Барри опустил плечи, не в силах бороться с подступающим чувством полнейшего бессилия. Он не мог понять, почему Лен так цеплялся за его прошлое, оно лишь мешало — им обоим. И дело было не только в Лизе. Он не хотел ей ничего говорить лишь отчасти потому, что боялся ее реакции. В куда большей степени Барри искренне не видел смысла рисковать их дружбой из-за того, что больше не представляло проблемы.

Возможно, если бы он до сих пор был Флэшем, если бы Лен и даже Лиза по-прежнему были преступниками — действовали как преступники — это не поставило бы крест на их отношениях. Но к чему было усложнять? В их жизнях и без того все было совсем непросто.

— Ты думаешь, у нас что-то получится? — тихо спросил Барри, и даже для собственных ушей его голос звучал по-детски потеряно.

Он старался избегать мыслей о возможности каких-то серьезных отношений между ним и Леном, но чем дальше, тем хуже ему это удавалось. Он не мог отрицать, что жаждал близости, зарождавшейся между ними, ощущения принадлежности в те мгновения, когда они были вместе. Но что, если, подразнив его открывшимися возможностями, у него все отнимут, как случалось уже не раз?.. У Лена был соулмейт — кто-то, кого он ждал многие годы. Кто-то, кто, должно быть, ждал его тоже. Было ли место в жизни Лена для Барри? Сейчас — может быть, но через год? И само осознание того, что Барри по-прежнему хотел видеть их вместе через год — больше — было новым и пугающим.

Барри заставил себя поднять голову. Взгляд Лена был задумчиво мягким, его пальцы вычерчивали неясные узоры на поверхности барной стойки. Он не спешил с ответом, и с каждой секундой промедления Барри чувствовал, как все туже скручивается узел в его животе.

— Лен?..

Лен моргнул и поднял глаза на Барри. Задумчивость ушла без следа, оставляя место лишь неумолимой твердости.

— Скажи Лизе сам, или это сделаю я, — его тон не допускал ни малейших возражений. — У нас с тобой был уговор, но ты сам сказал, что прошлое больше не имеет значения.

Барри сглотнул подступившую к горлу желчь. Его ладони были неприятно липкими от пота, и он небрежно вытер их о джинсы.

— Говори, — выдавил он сквозь сжатые зубы, только чтобы не выдать охвативших его чувств: боли и душащего, панического страха. — Говори, мне без разницы. Я…

Барри резко втянул воздух через нос, пытаясь справиться с приступом тошноты; кружилась голова, и он запоздало вспомнил, что не ел ничего с самого утра.

— Мне нужно отойти, — поспешно сказал он и, не глядя на Лена, буквально выскочил на кухню.

Он оперся руками о раковину, тяжело дыша и пытаясь взять себя в руки.

— Все в порядке? — Линда отошла от гриля, вытирая руки о полотенце; на ее лице было написано беспокойство. — Ал?

— Н-нет, — кое-как выдавил из себя Барри.

Линда молча налила ему воды и протянула стакан. Барри принял его дрожащими руками и выпил в несколько глотков. В голове немного прояснилось, и он нащупал в кармане батончик Циско. К счастью, он так и не отучился от привычки носить его с собой.

— Что случилось? Кто-то из клиентов? — Линда поджала губы, и огонь в ее взгляде обещал мучительную смерть любому, кто только посмел его обидеть.

Барри выдавил из себя слабую улыбку и, поморщившись, заставил себя откусить от батончика. Его вкус был столь же омерзителен, как подсказывала память.

— Низкий гемоглобин, — он покачал головой. — Не уследил, сейчас все пройдет.

Это была самая малая толика правды — искажение, почти превращавшее слова в ложь, — но то, что происходило между ним и Леном было слишком личным, и он не готов был делиться этим ни с кем, даже с Линдой. Он дожевал половину батончика и убрал остатки в карман. На некоторое время этого должно было хватить.

Линда не выглядела особенно убежденной его словами, но всегда хорошо чувствовала, когда лучше было отступить. Она молча кивнула и вернулась к готовке.

Сделав несколько глубоких вдохов, Барри заставил себя вернуться в бар. Вот только, выйдя из кухни, он обнаружил на стойке лишь мятые двадцать долларов и ни следа Лена. Тот просто… ушел, по всей видимости, сочтя их разговор оконченным.

Барри потянулся к полотенцу. Ему... нужно было протереть стаканы.

Он отказывался признавать, что стекло перед глазами было мутным вовсе не от грязи.
запись создана: 12.12.2016 в 15:21

@темы: coldflash trash, The Flash, In Time, I will go down with this ship, DCU, #фанфик

URL
Комментарии
2016-12-12 в 15:41 

vera-nic
ура, новая глава.. спасибо! :heart:

2016-12-12 в 15:48 

Econstasne
время расчехлять крипопушки
vera-nic, всегда пожалуйста :shuffle:

URL
2016-12-12 в 17:36 

Pretty Penny
make borsch, not war
ыыы, спасибо)))
барри как по минному полю ходит, обожаю такие моменты)))

2016-12-12 в 17:52 

Econstasne
время расчехлять крипопушки
Pretty Penny, обожаю такие моменты)))
Я, признаться, тоже :-D А бедный Барри страдает.

URL
2016-12-18 в 15:00 

Лунотень
ψish you ψere here
Божечки, это так мило и вообще, огромное спасибо! :heart::heart::heart:

2016-12-18 в 17:09 

Econstasne
время расчехлять крипопушки
Лунотень, рада, что нравится. :heart:
Всегда пожалуйста :3

URL
2016-12-27 в 16:02 

vera-nic
я весь твой
у меня самой сердце екнуло, как будто Лен это мне написал :-D
лавандовое масло.. да :heart:

блин, ну почему он не скажет Барри.. почему..

2016-12-27 в 16:19 

Econstasne
время расчехлять крипопушки
vera-nic, блин, ну почему он не скажет Барри..
Потому что Лен. :-D Но на самом деле у него есть на то свои причины (и даже вполне уважительные, хотя кто-то точно не согласится).

URL
2016-12-27 в 16:48 

Pretty Penny
make borsch, not war
урааааа! они наконец поцеловались :jump: почти...

>>> Мы ведь не хотим, чтобы ты замерз.
ыыыыыы, трудности перевода)

2016-12-27 в 16:53 

Econstasne
время расчехлять крипопушки
Pretty Penny, ыыыыыы, трудности перевода)
Я успела над этим порыдать, да :D но в итоге решила, что и так сойдет.

URL
2016-12-27 в 17:38 

Pretty Penny
make borsch, not war
Econstasne, курсив спасает)))
в итоге решила, что и так сойдет.
все супер!
еще очень хочется рассмотреть их метки, желательно под лупой)))

2016-12-27 в 17:49 

Econstasne
время расчехлять крипопушки
Pretty Penny, курсив спасает)))
Тон спасает! Даже не сомневаюсь в способности Лена любую, даже самую смутную отсылку подать нужным образом. :D


еще очень хочется рассмотреть их метки, желательно под лупой)))

Дальше по тексту о них, конечно, будет, но я все равно думаю, а не запилить ли пост на тему со всяческими референсами. :upset: Были бы таланты к рисованию, вообще вопроса бы не стояло, а так приходится надеяться на свои способности передать картинку с помощью слов.

URL
2016-12-27 в 18:10 

Pretty Penny
make borsch, not war
не запилить ли пост на тему со всяческими референсами
у редхед было очень грамотно сделано с глоссарием на месте первой главы) мне нравится читать всякую мету про устройства мира и проч)))
приходится надеяться на свои способности передать картинку с помощью слов
нее, я не имела в виду прям детальную картинку, сам символ) просто интересно через что они связаны, как это видит автор)

2016-12-27 в 18:37 

Econstasne
время расчехлять крипопушки
Pretty Penny, у редхед было очень грамотно сделано с глоссарием на месте первой главы)
Да, это было занятно, но я в итоге решила выдавать информацию по ходу развития сюжета (да и, признаться, некоторые детали добавлялись в процессе написания).

нее, я не имела в виду прям детальную картинку, сам символ) просто интересно через что они связаны, как это видит автор)
Об этом рано или поздно будет сказано, и это не то чтобы спойлер, просто мне кажется, лучше обо всем узнавать в свое время :D

URL
2017-01-15 в 13:30 

vera-nic
как почувствовала, что упустила что-то в избранном..
спасибо за новую главу :buddy:
сколько веревочке не виться, а кончику быть.. но вот в такой расклад событий, когда Лен всеми силами скрывает Барри от Лизы, как-то больше верится.. меня всегда немного парит в фиках, как Лен выкладывает обо всех своих чувствах сестре.. это так не по-снартовски ))

2017-01-16 в 18:04 

Econstasne
время расчехлять крипопушки
vera-nic, меня всегда немного парит в фиках, как Лен выкладывает обо всех своих чувствах сестре..
Зависит от обстоятельств, конечно, но если вот исходить чисто из канона... в том, что Лен Лизу любит, никто и сомневаться не будет, но сама динамика их отношений как-то не предполагает задушевных разговоров, даже если они порой бы и не помешали. Что, если подумать, грустненько.

URL
2017-01-26 в 18:58 

vera-nic
килт, да-а :rolleyes:

чудесная глава, коготки обоих вязнут все глубже.. обожаю это нарастающее напряжение..

спасибо!

     

Wicked Fascinations

главная